Порно Онлайн | | | | |

Из половых записок геолога

Даю подарки!

Мне хочется оставить память о своей ебле. Не в смысле техники или количества переебанных баб, но просто по жизни.
…Яркой картинкой помнится пизда девчушки, которую она со смущенной радостью показывала нам в подъезде. Ее звали Эрной. Не пизду, а девчушку. В ослепительно знойный день мы, пацаны пяти-шести лет, по очереди заглядывали в угол между распахнутой дверью и белой стеной, где она сидела без трусов на жопке и, расставив смуглые ляжечки, перед каждым раздвигала половые губки, обнажая поникший хохолок с черненьким узелком мочеиспускательного канала…
После этого живой пизды я не видел до самой женитьбы. Лет в тринадцать-четырнадцать физиологическая реальность сказывалась в том, что мы в подвале дрочили свои хуишки, извергая сперму на стены, наблюдая друг за другом. Любили мы, конечно, рассматривать и редкую в те времена порнографию. Это были десятки раз переснятые фотокопии с каких-нибудь игральных карт, где взрослые тетки извивались в различных позах…
ТАНЬКА
Первый сексуальный опыт я приобрел с этой девицей. Любовь наша развивалась как бы двумя путями. Один — поэтичный, со стишками, письмами, ухаживаниями. Второй — как бы это ее выебать?
Обычно мы уединялись в моей тесной ванной печатать фотографии. Как-то после долгих, изнуряющих поцелуев она сама запустила свою руку в мои штаны, выудила оттуда мой хуй с воспаленной залупой и стала ее вылизывать. Причем кончиком язычка норовила проникнуть в канал залупы. Мой восторг был неописуем.
Добавьте к этому остроту кайфа, когда знаешь, что за дверью твои родители, что все нужно делать неслышно и осторожно. Оттого получилось все очень нежно. Она набирала полный рот моей текущей спермы и передавала ее в мой рот, проталкивая тягучие жгутики язычком.
Я глотал. Правда, я до сих пор не знаю, зачем это было нужно.
Потом она тянула меня встать к ее спине, раздвигала ноги с приспущенными трусиками и пыталась затолкать мой отсосанный и потому вялый хуй в себя.
…Вскоре Танька бросила меня ради рослого, статного ебаря, лишь только я уехал на свою первую геологическую практику. Родила она быстро, едва закончила девятый класс.
Я же несколько лет неистово онанировал.
ТАМАРА
Наконец в жаркой казахской пустыне томление мое закончилось тем, что я выеб зачастившую в общагу некрасивую, голенастую бабенку. Почему она к нам ходила? Муж ее был буровиком, скучным и немногословным. Ее, видимо, тянуло к геологам-интеллигентам. Мужу она говорила, что ходит к нам на консультации (она заочно училась в геолого-разведочном).
Тамара легко поверила моим неискренним словам, что я влюбился в нее. Я наладился приходить к ней домой. В темноте с ней выпивали по бокалу шампанского, я присаживался к ней на койку, начинал похотливо раздевать ее уже готовую к любви. Замужняя Тамара, конечно, была опытнее меня. Она энергично вращала подо мной жопой, поддавала вверх, забрасывала свои ноги на мою жопу. Я же с полным отсутствием фантазии ритмично совершал свои фрикции, замирал в ней в миг сладострастия, посасывая маленькие груди. Встречи наши прекратились, когда она уразумела, что это всего лишь похоть.
ТОНЯ
Это была разбитная, пухлая бабенка-разведенка, которая вознамерилась пройти через все комнаты нашей общаги. Пиздища у Тони была широкая и всегда влажная, но лежала Тоня бревном, только принимая мои ласки и с нетерпением ожидая, когда же я кончу. Через три поебки она переместилась в следующую комнату.
ВАЛЯ
Примерно через год я обнаружил такую же пиздищу на глухом сибирском прииске. Валя была матерью четверых детей. Моя холостяцкая кровать с панцирной сеткой под двумя телами прогибалась до пола так, что я с трудом попадал в широкое и влажное отверстие. Чаще же мой хуй просто выпадал из нее. По этой причине ебарем Валя меня считала неважнецким.
ЕВГЕНИЯ
Настал черед моей жены. Меня она привлекла своими пышными формами и особенно грудями, которые я люблю потрепать до сих пор. Особым семейным развратом мы, наверное, не отличались. Больше всего мы любили секс после бани. Укладывали ребенка спать и блаженно растягивались на постели. Жена рукой тискала мои яйца, извлекала хуй на свет божий и, лежа на животе, раскачивала мой сучок перед своим лицом, потом забиралась на него верхом. Я же любил эти минуты взвешивать на ладонях перед собой ее груди и наблюдать свой влажный красный хуй, то входящий, то выходящий из ее пизды.
Иногда по пьянке или тайком насмотревшись в мужской компании порнографии, я позволял себе стояка. А бывало, и забрасывал ее ноги себе на плечи — это считалось «по-офицерски». Или «лошадкой» — сзади. Ебической силы в те годы было много.
Об анальном сексе мы как-то и не помышляли, про термин «минет» не слышали. Известные ругательства «хуесос», «хуй соси», «хуй тебе в рот» как-то не располагали к излишествам.
Семейного секса мне хватило лет на двенадцать. А потом благоверная стала манкировать, бросив как-то:
— После двенадцати абортов не больно-то хочется…
Потом пошли болячки и вот уже пару лет я жену не пользую.
ИДА ПЕТРОВНА
Первую еблю на стороне я завел со вдовушкой лет на семь старше меня. Квартира у нее была огромная, постель — такая же. Я было нырнул к ней в постель, но она погнала меня в душ.
Вернувшись, я обнаружил ее в трусиках.
— Ты чего, боишься меня? — рассмеялся я и стянул их.
Затем избавил ее тело и от шелковой «ночнушки». Взялся за груди. Они оказались как раз по ладони и неожиданно упругие, как у молоденькой. Когда же я в полном экстазе стал толкать в Иду Петровну хуй, то не мог попасть в священную дырочку.
Как оказалось, пизда у нее была на животе. Не медля, она своей рукой юрко вправила мой штык в свое ждущее, влажное лоно. Лоно оказалось необычно приятным, однако неудобным. Приходилось заталкивать сверху вниз. При этом хуй то и дело выскальзывал.
Наконец Ида Петровна потянулась всем телом, стиснув мои бедра, своими тонкими ляжками и милым голосом сообщила мне:
— Я кончила…
За огромным окном мерцала ночная притихшая городская улица, Ида рассказывала мне про свою жизнь (она была дочерью офицера), я ласкал ее упругие груди и вновь захотел ее. Положил руку на пизду, но она резко скинула ее, видимо как-то неправильно истолковав мое желание.
Под утро я ее все-таки выеб и ушел по ранней улице в юношеском восторге. Мы встретились еще пару раз, но ей нужен был не ебарь, а сожитель на всю оставшуюся жизнь.
СВЕТА
Видимо, она посчитала меня секс-гигантом, когда я тайком в кузове грузовика во время частых переездов отряда по Алтаю без конца тискал ее груди, изнемогая от многочасового стояка.
Но в первую же подходящую ночевку у нее случились месячные.
В следующий раз она сама проскользнула ко мне в палатку, но на этот раз оказался не в форме я: только что вернулся из изнурительного маршрута, помылся в брезентовой баньке, хватил глоток спирта с устатку. Короче, облил ее промежность из вялого хуя и отвалился, а потом торопливо полез обратно в спальник.
Она отнеслась с пониманием, обласкала меня поцелуями и уехала наутро в город.
Через какое-то время нестыковка повторилась — опять менструация! Но после долгого петтинга она сдалась. Постелила клеенку на диван, подмылась и отдалась моему настойчивому хую. Во время ебли пахло прелым и потным.
В редкие визиты уже на всю ночь она до отвала кормила меня ужином с вином, мы укладывались на роскошную перину, я в сытой полудреме отъебывал ее и тут же умиротворенно засыпал. Тело ее было рыхловатым, груди — вислые, на сосках — волосики. И постоянно попахивало от нее женским потом.
НАТАШКА
Наслушавшись восторженных рассказов приятеля о ебле с Наташкой-машинисткой, со-блазнил ее и я.
Пришла она днем, я приготовил коньяк и предложил ей раздеваться. Она смущенно забра-лась под простынь, зачем-то положив под подушку комочек чистой марли. Я бросился цело-вать ее взасос, добрался до пизды, раздвинув короткие ее ляжечки, стал умильно разгляды-вать красную плоть, но полизать почему-то не рискнул. Да и вообще, шишка моя на этот раз почему-то работала плохо. Я долго пытался вставить полустоячий, но так и не вставил. Тем не менее кончил, залив Наташкино брюшко спермой. Она проворно обтерла мой хуй, вытер-ла сперму марлей, полежала и, успокоив меня, что у мужчин это бывает, ушла.
КАЦО
На курорте уролог (миловидная ровесница) в ответ на мои жалобы профессиональным равнодушным тоном предложила мне раскорячиться на кушетке, а сама надела резиновые перчатки. Покрутила пальцем в моем очке, потом приставила к висящему концу стеклянную пластину: с него капала бесцветная жидкость. Диагноз: хронический простатит. Сказалось совковое бескультурье: срал и ссал на морозе, ночевал на земле, ходил вброд сквозь ледяные реки…
У процедурного кабинета сидела очередь из мужиков с хитрыми рожами. Я заволновался:
— В чем дело?
— Там узнаешь, — ухмыльнулись мужики.
За дверью меня встретил толстый армянин, черный, как негр. Он окинул меня тем же рав-нодушным взглядом, подставляя медбрату короткий и толстый указательный палец под ре-зиновый напульсник. Я заблеял было, что в первый раз. Кацо едва уловимо ухмыльнулся:
— Это и хорошо. Целка, значит.
Раскорячил меня на кушетке опять же раком, засунул в жопу палец и с минуту массировал мою простату так, что у меня не то что с хуя — из глаз закапало.
А на другой день я шлепал на грязи. Там тоже приходилось ложиться на кушетку — толь-ко боком. Я раздвигал руками свои ягодицы, и медсестра здоровенным шприцем, похожим на автомобильный, закачивала в мою жопу приличный шмат теплой грязи. Через полчаса нужно было мчаться на очко — высирать это лекарство.
С курорта я вернулся помолодевшим и года полтора драл свою благоверную без проблем. Но все равно тянуло на сторону.
НАДЕЖДА ИВАНОВНА
Это была крупнотелая вальцовщица-разведенка, которая очень радовалась интеллигент-ному, не пьющему, давно некурящему ебарю, откликнувшемуся на ее газетное объявление. Но во время ебли она наотрез отказывалась включать хотя бы ночничок. Поэтому мы барах-тались в кромешной темноте на кровати с никелированными шарами. С этой бабенкой я впервые услышал женские стоны при ебле. Она начинала по-коровьи дышать, затем мычать, вскрикивать, да все невпопад. На третий вечер я раздел ее таки на кушетке при свете телеви-зора. Она смущалась, слабо сопротивлялась, стыдливо закрывала локтями обычные груди с темными сосками. Пизда у нее была широкая и глубокая, как Волга. Так я и не уговорил ее поебаться ни сзади, ни стояком, ни на табуретке, ни «по-офицерски»… Ни в какую!
ГАЛИНА ИВАНОВНА
Шахтерская вдова, не в пример другим, в объявлении указывала домашний телефон. Пиз-да у нее оказалась обычной, но вот орать она принялась почти сразу, как я засунул свою пал-ку.
Я подыгрывал, долбя от души:
— Кричи, Галя, кричи! Вот так! Вот так! По самый корешок тебе засуну! По самые яйца!
Она еще пуще замычала, забилась подо мной. Через часок я бросил еще палочку и отва-лился. Наутро еще раз поебались, правда, без моих возгласов, но с ее криками.
Во вторую свиданку она предложила, как только я стал взбираться на нее:
— Давай сзади, лошадками!
Без промедления она встала на карачки, я ухватил ее за узкие бедра, засадил, плотно при-жавшись к ее жопе. Я почувствовал, как на мои яйца потекла ее обильная смазка.
…Пикантностью этой подружки для меня осталось то, что в промежутках она еблась с моим таким же озабоченным приятелем, с которым мы когда-то вместе делили Наташку-машинистку. Свояками стали.
ВАЛЕНТИНА ИЛЬИНИЧНА
С этим стоматологом, миниатюрной и ухоженной, как все медички, у меня связаны самые романтичные воспоминания. Будучи весьма плотоядной, она как-то умудрилась пять лет не ебаться. Из десятка откликов на свое объявление в газете она выбрала мое — за обращение «мадам».
Встретились у нее в новогоднюю ночь. После ужина мы, как новобрачные, чинно улег-лись в постель, и тут я впервые обнаружил, что спиртное мне не помогает, напротив — угне-тает. Мы с ней и так, и эдак, и хуй она мне мяла, и надрачивала ухоженными пальчиками, и раком становилась…
Ничего не помогало!
Перед следующей встречей я купил блистер шпанской мушки. Заглотить пришлось не две-три капсулы, но целых шесть, после которых я почувствовал «восстание» своего хуя. Он медленно налился кровью, встал торчком, как в молодости, и я закряхтел утробно от вожде-ления, этим давая понять подруге, что готов.
Я радостно засадил свой агрегат в Валентину Ильиничну, но она прошептала:
— Нет, не так!
Она уселась сверху на мой хуй и давай скакать!
Я в экстазе угодил ей, стал матерно восторгаться, рычать:
— Садись на мой хуй, крепче! Вот так, до донышка насаживай пиздень на меня, подруга! Уж мы с тобой наебемся всласть, Валя!
Она же изгибалась на мне, закидывала назад голову, выпячивая грудки. Я мял их, мягко скручивал соски, дотягивался еле-еле ртом, заглатывал поочередно каждую в рот, болтал во рту, откидывался в изнеможении на подушку и вновь страшно матерился:
— Кончаю, Валя! В тебя кончаю!
Она же продолжала непрерывно скакать на мне. Смазка густо текла по моим ляжкам. Я уже давно кончил, а она все скакала и скакала, благо хуй продолжал стоять…
Наутро она скользнула лицом к паху:
— Говорят, что сперма полезна для кожи?
Я пожал плечами, а она стала залуплять мой вялый член. Было немножко неприятно от сухости головки (да еще член не хотел вставать). Тогда она бросила это занятие, спросив, за-чем я так сильно матерился. Я признался, что где-то читал: мат полезен для женского оргаз-ма. Она промолчала, лишь удивленно усмехнулась.
По мере того как встречи наши продолжались, она старалась удивить меня чем-нибудь…
Однажды я рутинно вставил свой хуй в нее, она заглотила его в себя влагалищем, стала сжимать и разжимать его так, словно выдаивала. Мало того, головка моего хуя стала упи-раться в какую-то мембрану на донышке пизды. Ощущения были непередаваемые, и я вос-торженно зашептал:
— Ты искусница, Валя!
Она же молча доила меня, пока хуй не закаменел. И тут она прекратила свои движения и затихла подо мной, потом выскользнула из-под меня, потрогала член пальчиками, вновь лег-ла под него и опять стала выдаивать.
Так она повторила несколько раз, пока я не ошалел: хуй не падал, но и не кончал, залупа стала железной и малочувствительной…
Но все-таки где-то она сплоховала: я таки стал кончать, но как-то странно — редкими тонкими струйками.
Наутро я принялся было благодарно ласкать любимую, конечно рассчитывая на повторе-ние ночного кайфа, но она отстранилась:
— А почему мы не обсуждаем то, что у нас было ночью?
Я спохватился и стал льстить:
— Как это у тебя здорово получается! Как ты божественно играешь своим влагалищем!
Валя едва улыбнулась и пожала плечиками:
— Я же медик.
Впрочем, скоро обнаружилось, что свояк мой и тут бывал, в промежутках между моими визитами. Трахал он ее пару раз ночью и утром, а потом еще раз и в кресле: она-де садилась ему на хуй и прыгала.
Правда, искусство свое она ему не успела продемонстрировать. Свояк перестал ее поебы-вать, бабская сексуальная активность ему не сильно нравилась.
ТАМАРА
С конопатой и флегматичной разведенкой я познакомился также по объявлению. В квар-тире было много книг: детских и по астрологии. Мы выпили с ней по рюмке ликера, закуси-ли конфетами, и я предложил ей раздеться.
Она сделала это в другой комнате и вышла ко мне в простыне. Я ласково стянул с нее простыню, и глазам моим предстало тело с довольно красивыми грудями, широкими бедра-ми.
Мы горячо целовались, потом я зашел сзади, охватил прелестные упругие груди, она же рукой поймала мой вялый хуй и стала его теребить, шепча:
— Я — твоя!
А хуй мой не вставал.
Мы улеглись на диван, я тискал ее, целовал взасос, она сладострастно выгибалась, под-ставляя мне ждущую пиздень, но хуй мой не реагировал. Вдобавок ночь оказалась жаркой, в открытое окно аж на восьмой этаж налетело комаров, которые остервенело драли мою жопу.
Короче, она меня выгнала в другую комнату и, едва сдерживая досаду и укоризну, броси-ла вслед:
— У меня страшно болит низ живота!
Я же до раннего утра, промаявшись под простыней от комаров и жары, съебался с первым трамваем.
Даже в кулак не удалось сдрочить: яйца ломило, но хуй так и не встал, как надо.
КАТЕРИНА
Бывшая санаторская медсестра привлекла мое внимание интригующим окончанием своего объявления: «Не пожалеете!»
Оказалась она моложавой блондинкой, худенькой. А местом встречи она предложила вы-брать баню. Я было смешался, но тут же заехал за билетами. Через два дня — с колбаской для ее кота, вином и своими препаратами на меду — мы были в убогой городской сауне.
Подруга обнажилась до фривольных трусиков и узенького бюстгальтера, и под струей душа (романтический водопад — ха-ха!) мы стали сладострастно целоваться.
Конечно, все наряды я с нее быстро стащил, обсосал ей грудки, шейку, но хуй не напря-гался, только вспух несколько. Тогда я оставил подругу и решил погреться в парной.
Она явилась следом. Придвинулась ко мне, развалившемуся на скамье, и, опустившись на колени, раскатала мой набухающий член по своей ладошке, залупила, поцеловала залупу, другой рукой стала теребить и взвешивать яйца.
Я наблюдал это действо и млел. Кайф непередаваемый!
Она стала медленно водить кончиком язычка по ободку залупы, целовать вершинку вытя-нутыми губами, постепенно прихватывая ее все больше и больше, пока вся залупа не оказа-лась в ее ротике, потом ободок, и так до корешка.
Заглотив весь хуй (он еще сгибался), при этом не переставая катать мои яйца в ладони, она стала выводить его обратно из ротика. Я при этом почувствовал страшную слабость, приятную до обморока. В конце концов, я поднялся на ноги: коленки било мелкой дрожью, они сгибались.
А Катя продолжала ритмично качать головкой взад-вперед с моим хуем во рту.
…Я стал кончать.
Она это почувствовала по содроганию стержня, по дрожи в моих ляжках, сжимавших ее щеки.
И вот я чувствую выброс спермы! О, сладостный миг! Черт, как хороша жизнь!
Она зажурчала в моем хуе, распирая его канал, двинулась к концу залупы и стала изли-ваться в ротик подруги!
Затем наступил полный расслабон. Я вприщур, равнодушно, как все мужики после оргаз-ма, наблюдал подругу, одновременно вслушиваясь в гулкий стук своего сердца.
Катя же, задрав свою голову, как курица на водопое, побулькала малафьей во рту и про-глотив ее, констатировала:
— Соленая…
Потом она заела это дело моим медовым продуктом и принялась намазываться им, нанося тонкие слои на лицо, шею, грудки, под ними, на плоский животик, на ягодицы…
Я помог растереть снадобье на спине, при этом проводя сзади ребром ладони по пизде и чувствуя вновь острое желание.
Мы растянулись на лавке в позе 69, я раздвинул губки и приник ртом к клитору. Причмо-кивая, я всасывал клитор в себя — он был сладким от меда. Катя же, лежа грудками на моем животе (и я чувствовал их), страстно сосала мой воспаленный хуй.
Через месяц у меня вновь завелись деньжата, и мы повторили оргию.
Но ощущения уже притупились, взгляд стал видеть худобу подружки, глубокую морщину между ягодицами и ляжками, дряблость шеи и подбородка. Обрабатывать пиздень языком уже не хотелось.
И с тех пор с Катей встречаемся мы редко, но регулярно: то у меня дома, то в машине в недалеких моих поездках.
Она деловито отсасывает «мою писю», сплевывает сперму в баночку с белой косметиче-ской глиной и аккуратно прячет ее в своей сумочке.
САША, ИРА, НАТАША, СВЕТА
Затем наступил период, когда предпринимательство мое временно зачахло. Приходилось заниматься частным извозом по ночам.
И вот как-то, припозднившись, я подсадил молодую даму, и она предложила мне немного развлечься.
Я осторожно хмыкнул по привычке:
— Да старый я, дочка…
Но подруга оказалась ушлой, привычно польстила:
— Ну уж как же!
И я призадумался:
— Минет делаешь?
— Постараюсь.
— Сколько возьмешь?
— Недорого, только до дома довезите…
На ночной обочине Саша попросила меня откинуть спинку сиденья, расстегнуть штаны.
Я достал свой обомлевший инструмент, она сразу же (как я отметил, профессионально) прилипла к нему, осторожно взяв залупу губами, и стала медленно облизывать, осторожно вбирая и вбирая ее в себя, затем задвигала головой вверх-вниз, одновременно в такт, покачи-вая и пожимая другой рукой мои яйца.
Я тоже был опытен, благодаря откровениям Кати: стал благодарно хрипеть, просунул пра-вую руку к грудям и принялся их ласкать. Соски Саши стали медленно набухать и встали торчком, как только я забормотал:
— Хорошо, Саша, хорошо! До корешка заглатывай! О-о-о!
Эта девчушка отсосала меня до дна! Мои упертые в педали ноги мелко-мелко дрожали в коленях и подгибались от слабости, что всегда означало одно — я ловлю высший кайф.
Я вытянулся хуем вверх, прижимая Сашину голову к своему лобку, стараясь все глубже погрузить его в ее ротик и там извергнуть сперму в ее гортань.
И это произошло!
Я упал задом на сиденье, и прилив сладкого равнодушия с примесью благодарности охва-тил меня. Краем глаза отметил, что Саша открыла дверцу, сплюнула на землю мое добро и выпорхнула в ночь.
А я еще долго сидел и курил, отдыхая от неимоверного наслаждения…
Но надо было трогаться.
…Ира не голосовала в ночи, она одиноко стояла под фонарем, пристально вглядываясь в лобовое стекло моей тормозящей машины.
— Куда, мадам?
— Работаю я, работаю, — вкрадчиво сообщила она.
— Сколько за минет возьмешь?
— Недорого, договоримся, — и прыгнула на сиденье.
В гаражном тупике я погасил фары, отсчитал деньги, откинул спинку, спустил штаны…
Но Сашин минет был лучше, с душой, как говорится. Сколько я ни пытался голосом воз-будить «бабочку», она таки сделала все по нужде, равнодушно, без огонька.
Мало того, сперму она в рот не взяла, при первых признаках оргазма додрочила меня в переднюю панель автомобиля, так что пришлось потом самому оттирать ее от потеков.
Потом дней пять мне никто не попадался.
А в субботу, вижу, снова голосует дама.
Наташа оказалась начинающей наркоманкой: попросила подвезти ее со старшей подругой за наркотой. Расплата — минет.
Приехали. Старшая вышла, бросив повелительно Наташе:
— Обслужи дядю!
Наташа оказалась неумехой.
Взяла мой хуй в ротик и сразу стала заглатывать его, в то время как он был еще полумяг-кий.
Пришлось кое-что подсказать. Получилось все как-то по школьному пресно. Отсосав, На-таша едва не блеванула, еле успела открыть дверцу.
Следующей была Света.
Она-то и наградила меня, блудливого старикашку, заразой.
Я, правда, сам виноват: пожалел «сосульку» на зимней дороге.
Оттаяв, подружка стала командовать: не так улегся, не так повернулся, не выгибайся — «хуй изо рта выпадает», за груди не бери — «руки холодные»…
Напоследок выманила у меня на бутылку кока-колы запить мою сперму:
— Некоторые выплевывают, а я у всех мужиков сглатываю, — поделилась она своим сек-ретом. — Поэтому и не болею никогда. Очень полезно для здоровья. Правда ведь?
Через несколько дней хуй мой воспалился, покрылся слизью, и я с трудом доставал его поссать. Мало того, при ходьбе он терся о трусы.
Мелькнула ужасная мысль о сифилисе.
Занялся самолечением: стал посыпать страдалище порошковым мумие собственного про-изводства. Аминокислотный состав причинял страшную боль, но я терпел и не оставлял ле-чения.
Через несколько дней дело пошло на улучшение. Друг-андролог, сделавший мне экспресс-анализ, подтвердил: слава богу, не сифилис. Но кариес.
АСЯ
Эту татарку я подцепил совсем недавно в пивной. Словом по слову, хуем по столу, повела она меня к себе и по дороге сообщила, что у нее сегодня месячные.
Я заржал пьяно:
— Спермой и кровью, Ася, стены забрызгаем! — и, кружась, взял ее за грудки. — Груди у тебя есть? Люблю соски сосать!
— Да у меня уж давно там мешочки, — самокритично прогундосила она.
Дома подвела она меня к широкой кровати. Пока я раздевался, она успела подмыться и вскоре пьяно свалилась ко мне. Мы стали яростно сосаться.
Бюст у нее действительно оказался не ахти.
Но я исступленно заглатывал полностью каждую грудь, одновременно растирая пиздень, все более и более подбираясь ртом к красной ее плоти.
Вот клитор, а под ним зев влагалища. Ася же то и дело хватала меня за хуй, как бы прове-ряя, стоит или нет.
И вдруг скинула меня с себя.
— Дай я доебу! — захрипел я.
— Одевайся!
— Ебаться-то будем? — смутился я, ничего не понимая и все еще надеясь, что мой член вот-вот придет в норму, то есть встанет.
Но она, то и дело окидывая мой висящий хуй своим ледяным взглядом, вынудила меня одеться и выпроводила меня в ночь.
ЭПИЛОГ
На днях мне исполнилось пятьдесят пять.
Жизнь моя, иль ты приснилась мне? Прикупил на всякий случай виагру, жду момента, что бы пригласить свою давнюю платоническую любовь (Валентину Ильиничну) на свидание.
И она ждет этого. Сердце у меня, похоже, еще в порядке, аритмию не ощущаю. Надеюсь, не попаду в статистику «редких смертельных случаев».

rass42

Метки видео-ролика: Порно рассказы

1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд!!! 1 голосов, Рейтинг 5,00
Loading ... Loading ...

Смотреть еще онлайн порно бесплатно:

секс с красивой дикие лесби оргия оральные ласки топ порно поза раком дает в анал первый член получает оргазм напоил с опытными мужик мастурбирует старая звезда первый секс стоящий в позе 69 молодые делают мастурбирует

Комментарии

Напиши свой комментарий на этот порно ролик